Родился 2 января 1947 г. в г. п. Червень Минской области.
Заслуженный мастер спорта.
Чемпион Игр XXIОлимпиады в Монреале (Канада) 1976 г. в средней весовой категории.
Чемпион мира 1975, 1976 гг.
Чемпион Европы 1975, 1976 гг.
Четырехкратный чемпион СССР - 1975, 1977-1979 гг.
Победитель Кубка Балтики 1969, 1972, 1978 гг.
Победитель Кубка СССР 1971, 1978, 1979 гг.
В весовых категориях 82,5 и 90 кг установил 13 рекордов мира и 15 рекордов СССР. Его рекорд в сумме классического троеборья для атлетов среднего веса (527,5 кг) назван вечным.
Награжден орденом Дружбы народов.
Первый тренер - Борис Левин.

Валерия Шария чтят в Червене, где он родился и прожил у дедушки с бабушкой тринадцать лет. В райцентре ежегодно проводится турнир на его призы, в котором участвуют и совсем юные штангисты - мальчишки, и поседевшие, но не сдающиеся "деды". В местном краеведческом музее, в котором собраны материалы о героях войны и труда, лучших людях района, есть и уголок Валерия Петровича Шария - первого белорусского чемпиона Олимпийских игр в тяжелой атлетике. Земляки считают его героем и гордятся им. Как всегда, народная молва преувеличивает и свято верит в свое творчество.

Например, что Валерка - генерал (в действительности - майор). Еще тверже земляки уверены, что никто нигде и никогда не поднимал такого веса, как Шарик (то ли 15, то ли 20 пудов). Есть "свидетели", которые собственными глазами "видели", как хлопец одной рукой ломал подкову (Валерий ни разу не пытался выполнить это упражнение). Словом, примеров хватает, и количество их не уменьшается.

Причина возникновения этого по-детски наивного и чистого фольклора естественная и простая: люди гордятся знаменитым земляком, его победами, землей, на которой он родился, и каждый наделяет его какой-то чертой, наиболее ему симпатичной.

Валерий - не баловень судьбы. Он рос без отца. После окончания шестого класса мать, Клавдия Константиновна, забрала сына в Минск. Жили они на улице Розы Люксембург - тогда это была едва ли не окраина  столицы.

Валерий Шарий был энергичным и подвижным пареньком. Имел звание чемпиона класса по метанию гранаты, прыжкам в длину и бегу на короткие дистанции. Летом, в знак признания заслуг столь разностороннего атлета, его направили в спортивно-оздоровительный лагерь. Физкультурная жизнь там била ключом, и Валерий одержал немало побед. Домой привез почетный приз - набор акварельных красок.

Но в седьмом классе он стал смотреть на жизнь иначе, чем раньше. Увидел: нелегко приходится матери. Трудится как пчела, чтобы он был накормлен, обут, одет не хуже других. Понял: надо помогать ей. Закончив восемь классов, устроился учеником слесаря. Клавдия Константиновна расплакалась, пыталась отговорить сына от этой затеи. Напрасно. В подростке уже "прорезался" мужчина - волевой, самостоятельный, не меняющий принятых решений, упорный и в чем-то упертый.

На первых порах получал 60-70 рублей в месяц. Присвоили второй разряд - сумма возросла в полтора-два раза. Юный заводчанин гордился тем, что зарабатывает на хлеб сам, и смотрел на сверстников-школяров немножко покровительственно - пацаны, что с них возьмешь? Детство завершилось, началась новая, взрослая жизнь, хоть этому труженику было всего-навсего 15 лет.

В те времена существовало непререкаемое мнение: занятия тяжелой атлетикой юношам противопоказаны. Считалось, что силовые упражнения отрицательно сказываются на развитии организма: тормозят рост, вредят сердцу и т. д. Без возрастного пропуска (минимум 16 лет) ребят в зал не пускали.

Валерий Шарий с нетерпением ждал, когда его пустят: еще в Червене он выбрал себе вид спорта - штангу. Даже смастерил снаряд из ржавых колес и самостоятельно качал силу. Он хотел быть сильным. Самым сильным! Сильнее всех!

Невероятно, но факт. Не видел штангу, ни разу не видел "живьем" атлета, не побывал ни на одних соревнованиях, а поди-ка ты: Впрочем, "поди-ка" здесь не уместно: никто еще не объяснил, как и почему рождается мечта. Наверное, она рождается как любовь - прекрасное, таинственное, неразгаданное человеческое чувство. Валерий ждал, когда придет его мгновение.

И оно пришло в 1964 году. Будущий олимпийский чемпион записался в секцию тяжелой атлетики общества "Динамо", его первым тренером стал Борис Левин. Вот исходные рубежи, с которых он начинал путь в большой спорт. Жим штанги двумя руками - 50 кг, рывок - 45 кг, толчок - 55 кг. Рост "атлета" был 167 см, вес - 62 кг.

Сегодня с таким новичком не станет серьезно разговаривать ни один профессиональный тренер. По возрасту - старик, по потенциалу - "бедняк", в смысле перспективы - рядовой кадр, каких сотни и тысячи.

Борис Левин разговаривал с юным работягой серьезно. Увидев, как он гнулся, шатался, изгибался под штангой и все-таки не согнулся, не сломался, не сдался, молодой наставник решил: "Беру этого тонкого, звонкого и прозрачного юнца к себе, это - фанат". И не ошибся.

Валерий тренировался со страстью человека, который долго терпел жажду и, наконец, добравшись до желанного родника, никак не мог вдоволь напиться чистой, холодной, целебной воды.

Спустя два года, призываясь в армию, он уже имел первый спортивный разряд и прибавку собственного веса в 5-7 кг. 

В армию минский рабочий уходил с большими надеждами: она всегда была кузницей выдающихся спортсменов, штангистов в частности. Здесь судьба свела солдата с Павлом Яковлевичем Зубрилиным. С ним, по сути, связана вся его дальнейшая спортивная жизнь.

Новый тренер в те годы входил в пору творческого расцвета. Он был полон новаторских идей, которые с завидной настойчивостью и энергией осуществлял на практике. Он тоже был фанатом, и ему нужны были фанаты. Валерий Шарий и Павел Зубрилин были созданы друг для друга. Вместе пошли вперед каменистым, нетореным путем.

В сложной, противоречивой биографии нашего олимпийского первопроходца есть два пика. Один - небывало жестокого падения, второй - небывало высокого взлета. Их разделяют четыре года. Но какие!

В 1972 году Валерий, будучи уже рекордсменом мира, "на флажке" прорвался в состав сборной СССР на мюнхенские Игры. Конкуренция была острейшей. Москвич Владимир Рыженков, Геннадий Иванченко из Риги, Борис Павлов из Донецка крушили все рекорды и выступали на ответственных соревнованиях успешнее, чем белорусский лидер. Шансы на поездку в Мюнхен были почти нулевые. Требовалось что-то из ряда вон выходящее, чтобы переплавить ноль в единицу. Требовался результат, которого никто не ждал. Требовался невозможный результат!

14 мая 1972 года в московском Дворце спорта "Салют" Валерий Шарий потряс тяжелоатлетическое сообщество: три мировых и один всесоюзный рекорды! Сумма троеборья, которую назвали вечной, вызвала восторг, изумление, шок - 527,5 кг. На 12,5 кг она превышала мировое достижение, установленное месяц назад и по праву называвшееся феноменальным. "Салют" принес Валерию Шарию путевку в Мюнхен и реальные шансы на победу.

Однако на Олимпиаде-76 оба советских средневеса (второй - Павлов) получили нулевые оценки в жиме. Перед ними получил "баранку" полусредневес Владимир Каныгин, после них - полутяжеловес, фаворит из фаворитов - Давид Ригерт. Никогда сборная Советского Союза не знала подобных провалов.

Четыре нуля - это четыре тяжелые личные драмы. Мюнхенский удар надломил Владимира Каныгина и Павлова. Если же добавить, что даже "железный" Ригерт был в отчании, то можно представить, в каком состоянии пребывал Валерий - для критики наиболее уязвимый из них: взяли, дескать, неустойчивого в волевом отношении атлета (об этом говорили накануне Олимпиады отдельные тренеры и функционеры), втолкнули его в последний трамвай. Поделом вам, получайте то, что заслужили:

В Мюнхене закончилась спортивная молодость Валерия Шария. Вскоре в его волосах появились первые проблески седины. Но он поднялся, устоял, распрямился и не покинул передовую. 24 июля 1976 года в бескомпромиссной сверхборьбе с великолепными болгарскими штангистами Благоем Благоевым и Трендафилом Стойчевым наш соотечественник Валерий Шарий взошел на олимпийский пьедестал - самый почетный и трудный в современном спорте.